КИТАЙ КЛУБ                    galactic.org.ua                    ФИЛОСОФИЯ

И
С
Т
О
Р
И
Я

К
И
Т
А
Й
С
К
О
Й

Ф
И
Л
О
С
О
Ф
И
И

ж

39.  ДИАЛЕКТИЧЕСКИЕ ИДЕИ В ТЕЗИСАХ «ДЕЛЕНИЕ ОДНОГО НА ДВА» И «СОЕДИНЕНИЕ ДВУХ ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ ОДНОГО»

     Частицы, лежащие в основе материалистических взглядов Ван Фучжи на природу, делятся на темные и светлые, представляя единство противоположностей. Ван Фучжи пишет: «Темное и светлое представляют соединение различного (темные и светлые частицы разделяются на твердые и мягкие), которое взаимодействует в великой пустоте» (Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.1). Как поясняет Ван Фучжи, «взаимодействие — это взаимопроникновение двух видов частиц и нахождение их друг в друге, что вызывает движение» (Чжоу-и нэйчжуань, гл.6). Это означает, что во взаимодействии темных и светлых частиц заключена причина движения, о чем далее говорится: «движение темных и светлых частиц возникает от их «взаимовлияния», а отсюда возникают все предметы и явления». Ван Фучжи пишет: «Влияние — это взаимовлияние; темное оказывает влияние на светлое, и образуется форма, светлое оказывает влияние на темное, и появляется образ» (Чжоу-и нэйчжуань, гл.6).
В связи с этим Ван Фучжи говорит, что «в одной частице появляется два конца, они трутся, подавляют один другой, в результате чего происходят бесчисленные изменения». «Только в этом причина сгибания и выпрямления, приход и уход неба, земли, человека и предметов»
(Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.1). Диалектические взгляды Ван Фучжи, объясняющего источник развития и изменений предметов и явлений существующими в них внутренними противоречиями, являются продолжением и развитием тезиса Чжан Цзая «движение не приходит извне».
     Кроме того, Ван Фучжи пишет об относительности борьбы противоположностей. С его точки зрения, все противоположности не абсолютны, а взаимопроникаемы, взаимопереходящи и взаимопревращаемы, а как следствие — едины. Он решительно отвергал взгляды, согласно которым «в Поднебесной есть только резкое разделение и обязательно противостоящие предметы»
(Чжоу-и вайч-жуань, гл.7), считая, что в мире не существует абсолютно противоположных предметов и явлений. Например, «небо самое высокое вверху, земля самая низкая внизу», и казалось бы, что они абсолютно противоположны, однако частицы неба переходят вниз, в землю, а частицы земли поднимаются вверх, к небу, и между ними нет резкой грани. «Движение вперед, достигнув предела, поворачивает назад, чтобы двигаться вперед». «То, что гибнет сегодня, не прерывается в будущем», т.е. то, что теряется сегодня, не обязательно будет потеряно в будущем. «Когда в Поднебесной все считают что-то истинным и держатся за это, то совершают ошибку; когда в Поднебесной все считают что-то ложным, в каждом ложном есть истинное». Другими словами, когда в Поднебесной считают что-либо за общепризнанную истину и абсолютизируют ее, она может превратиться в ошибку, и, наоборот, в каждом ложном может быть истинное. Поэтому нельзя упорно цепляться за то, что считается истинным или ложным.
«Металл при плавке превращается в жидкость, а вода при замерзании становится твердой», твердые и жидкие тела при определенных условиях могут взаимно превращаться, а следовательно, между твердым и мягким нет абсолютной границы. Отсюда Ван Фучжи делает заключение о том, что «резко разделенного и обязательно противостоящего друг другу нет ни на небе, ни на земле, нет среди предметов, нет в сердце человека»
(Чжоу-и вайч-жуань, гл.1). Утверждение Ван Фучжи, что в материальном и духовном мирах не существует абсолютных противоположностей, нанесло серьезный удар по метафизике.
     На основе учения Чжан Цзая об «одном» и «паре» Ван Фучжи выдвигает тезисы о «делении одного на два» и о «соединении двух для получения одного», развивая взгляды древней диалектики о единстве противоположностей. Он пишет: «В одной частице появляются два конца». Под «двумя концами», которые Ван Фучжи называет так же «два», или «пара», имеются в виду темное и светлое начала или противоречия. Ван Фучжи считал, что внутри единых первоначальных частиц содержится «темное и светлое начала», или «два конца». В обобщенном виде он выражает эту мысль в тезисе «деление одного на два», который означает, что единый предмет делится на две противоположности. По его мнению, свойство этих «двух концов»«взаимно противостоять», «взаимно враждовать», «ясно разграничиваться, представляя отдельный предмет»
(Чжоу-и нэйчжуань, гл.5), «находиться друг против друга, чтобы стоять рядом» (Чжоу-и нэйчжуань, гл.1). Предпосылкой для существования одного противоречия является существование его противоположности, противоречия взаимозависимы и не могут быть разделены. Поэтому Ван Фучжи и говорит: «Не бывает темного без светлого, не бывает светлого без темного начала, оба начала взаимозависимы и неразделимы» (Чжоу-и нэйчжуань, гл.5).
     Так называемое «одно» — «взаимное соединение для образования» одного из двух противоречий. Ван Фучжи пишет: «С момента их соединения появляется одно»
(Сывэнь лу нэйбянь). В обобщенном виде он выражает эту мысль в тезисе «соединение двух для получения одного», что означает совместное существование противоположностей в одном теле.
По замечанию Ван Фучжи, «соединение двух для получения одного» — это (свойство), присущее делению одного на два»
(Чжоу-и вайчжуань, гл.5). Он превзошел представления прежних мыслителей по этому вопросу.
     Как подчеркивал Ван Фучжи, «соединение двух для получения одного» представляет единство противоположностей, но в результате этого противоречия не смягчаются. «Два конца пустеют и наполняются, движутся и находятся в состоянии покоя, собираются и рассеиваются, очищаются и загрязняются, но в конечном счете они едины... это не механическое связывание, в результате которого соединяются два для получения одного»
(Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.1).
Подчеркивая значение «деления одного на два» и уделяя повышенное внимание «соединению двух для получения одного», Ван Фучжи считал, что «два» и «одно» — это отношения между противоположностями и единством, представляющие единство противоположностей. В тезисах Ван Фучжи «деление одного на два» и «соединение двух для получения одного» есть ценные диалектические идеи, превосходящие по своему содержанию суждения его предшественников.

     Исходя из своей трактовки проблемы единства противоположностей, Ван Фучжи дает интересный анализ отношения между движением и покоем. Он ясно представлял, что движение и покой взаимозависимы и не исключают друг друга, о чем говорил: «Всякое движение — это покой, а всякий покой переходит в движение, покой содержит движение, движение не покидает покоя»
(Сывэнь лу вайбянь). Более того, он указывал: «Покой — это покой движения», «вынужденный покой — всего лишь отдых» (Сывэнь лу нэйбянь). Под «покоем движения» имеется в виду одна из форм движения, которая представляет движение, т.е. это «вынужденный покой», а не абсолютный. «Великая пустота в движении. Движение входит в движение, не останавливаясь и не задерживаясь» (Чжоу-и вайчжуань, гл.6). Движение — присущее великой пустоте свойство, оно вечно и абсолютно.
     Утверждая вечность движения предметов и явлений, Ван Фучжи одновременно выдвигает идею развития, выражая его в тезисе «изменения неба и земли каждый день приносят новое», т.е. считает, что движение и изменения во Вселенной — это непрерывный процесс, ведущий к обновлению. «Сегодняшний ветер и гром — это не вчерашний ветер и гром, поэтому ясно, что сегодняшние солнце и луна — это не вчерашние солнце и луна»
(Сывэнь лу вайбянь).
     Ван Фучжи утверждает, что если считать, что «в ветре — одинаковые частицы, в громе — одинаковые звуки, на луне — одинаковые неосвещенные места, что солнце одинаково светит»
(Сывэнь лу вайбянь), тогда все одинаково и нет никакого обновления. Однако частицы ветра, свет солнца сегодня и вчера не одинаковы, в связи с чем Ван Фучжи говорит, что «вещество с каждым днем меняется, а форма остается единой».
Основываясь на этом утверждении, Ван Фучжи, развивая взгляд Чжан Цзая, говорит, что «свет солнца и луны не меняется с глубокой древности», что «новые мышцы каждый день растут, а старые исчезают, но люди не знают этого. Люди видят, что форма не меняется, но не знают, что вещество уже изменилось, а поэтому полагают, что нынешние солнце и луна такие же, как и в глубокой древности, что нынешние мышцы такие же, как при рождении, но разве этого достаточно, чтобы говорить о происходящих каждый день изменениях?»
(Сывэнь лу вайбянь). Ван Фучжи считал, что «видеть только неизменность формы и не видеть каждодневных изменений вещества» недостаточно, чтобы говорить о «происходящих каждый день переменах».
     Ван Фучжи считал, что «происходящие каждый день перемены» — это не циклический круговорот предметов и явлений, а отбрасывание старого и достижение нового. В противном случае «цепляние за старое и неспособность к каждодневному обновлению, даже если и не приведет к уничтожению, вызовет засыхание и смерть»
(Сывэнь лу вайбянь). Причина того, что предметы и явления обладают жизненной силой, кроется в том, что они каждый день обновляются. Хранение обломков старого, упрямый отказ от нововведений приводят только к смерти и гибели. «Поэтому ясно, что путь к изобилию — только в каждодневном обновлении» (Чжоу-и вайчжуань, гл.6). В связи с этим Ван Фучжи и говорит: «Отбрасывать старое для достижения нового» — вот закономерность развития предметов и явлений.
     В трактовке социальных противоречий Ван Фучжи, с одной стороны, придавал значение моменту борьбы, считая, что «необходимо взаимно восставать и враждовать»
(Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.2). «Когда противоречия доходят до крайности и их борьбу уже нельзя остановить, неизбежно происходят большие восстания и становится невозможным осуществить определенное» (Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.1). С другой стороны, он утверждал: «Восстания друг против друга и вражда приводят к дурному, согласие и разрешение споров приводят к любви» (Сун лун, гл.8).
Взгляд на значения единства противоположностей приводит его к выводу о необходимости примирять противоречия. Например, он говорил: «Воля неба отдает приказы в зависимости от покорности, а природа всех предметов определяется покорностью».

     Вопрос об отношениях между «одним» и «двумя» обсуждался в Китае в древности многими философами. Современник Ван Фучжи мыслитель Фан Ичжи в своей работе «Дунси цзюнь» выдвигает тезис «соединение двух образует одно». Он писал: «Спаривание — это соединение двух в одно». «Пары всегда спариваются, поэтому нет двух, которые бы не соединялись в одно. Они восстают друг против друга, следуют друг за другом, помогают друг другу, и, действительно, без двух не было бы одного». «Опасность превращается в спокойствие, гибель превращается в существование, труд превращается в безделье, согнутое превращается в выпрямленное». Как видим, в работе «Дунси цзюнь» изложены принципы взаимозависимости и связи противоречий, борьбы противоположностей, представляющие собой диалектические идеи.

   
ф

Ф
О
Г
Л
А
В
Л
Е
Н
И
Е

ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ В ТЕЗИСАХ «СПОСОБНОСТИ ОБЯЗАТЕЛЬНО СООТВЕТСТВУЮТ МЕСТУ» И «ДЕЙСТВИЕ ПРИВОДИТ К ЕГО ПОЗНАНИЮ»
     На основе критического осмысления древней теории познания Ван Фучжи создал собственную материалистическую гносеологическую систему.
Прежде всего, используя переработанные им категории буддизма «способности» и «место», он по-своему истолковал отношения между субъективным и объективным.
Ван Фучжи пишет: «То, что называется способностями, — это мысль, а то, что называется местом, — это положение». «То, что называется способностями, — это я сам, а то, что называется местом, — это предметы»
(Шан-шу иньи, гл.5). Таким образом, «способности» — это мышление, т.е. познавательные способности, являющиеся субъектом. «Место» — это объект познания, т.е. объективно существующие предметы и явления.
     Далее, говоря об обусловленности «способностей» и «места», Ван Фучжи пишет: «Если местом является то, что ожидает использования, необходимо, чтобы в действительности существовало его тело; использование ожидающего использования и достижение в этом успехов производится способностями, и тогда от этого использования обязательно будет польза»
(Шан-шу иньи, гл.5). Это означает, что ожидающее познания является объектом познания (ожидающим использования), но необходимо, чтобы в действительности имелся объект познания; применяемое в отношении объекта познания и приносящее результаты — это познавательные способности, которые также должны сыграть свою необходимую роль.
 «Способности появляются в зависимости от места», «Способности обязательно соответствуют месту»
(Шан-шу иньи, гл.5). Как утверждает Ван Фучжи, «место» — это объект познания, «способности» — субъект познания, «способности» — отражение «места», «способности» должны соответствовать «месту».
     Как указывает Ван Фучжи, субъективно-идеалистическое учение буддизма признает различия между «способностями» и «местом». Однако, по его мнению, буддизм принимает способности за место, а место за способности и смазывает тем самым противоположности между «способностями» и «местом», и  «уничтожая место, включив его в способности, называет способности местом, чтобы утвердить свое учение»
(Шан-шу иньи, гл.5), т.е. превращает объективные предметы в субъект познания, а затем субъект познания выдает за объективные предметы.
Ван Фучжи пишет, что, согласно утверждениям буддизма, «в Поднебесной место появляется только благодаря деятельности способностей моего сердца. Поскольку место появляется благодаря деятельности способностей моего сердца, тогда, если мое сердце не проявляет деятельности, в Поднебесной нет ничего, что имело бы место».
Опровергая подобные утверждения, Ван Фучжи говорит: «Если бы уши не слышали, глаза не видели, сердце не думало, тогда все можно было бы отбросить, но я спрашиваю: разве в Поднебесной ничего этого нет? В Юэ есть горы, но если я не был в Юэ, то не могу говорить, что в Юэ нет гор, следовательно, нельзя говорить, что только благодаря моему приезду в Юэ там появились горы»
(Шан-шу иньи, гл.5). Решение вопроса о том, существуют или не существуют предметы в Поднебесной, только на основании ощущений и восприятий моего сердца приводит к утверждениям «три мира (trailoka) только в сердце, а сердце — это три мира, бесчисленное количество законов в сознании, а сознание — это законы» (Шан-шу иньи, гл.5), которые бытие выдает за ощущаемое и воспринимаемое, а ощущения воспринимают как бытие.
     Критика Ван Фучжи буддийского субъективного идеализма фактически являлась критикой субъективного идеализма Лу Цзююаня и Ван Шоужэня, выдвигавших тезис «вне сердца нет предметов».

     Далее, основываясь на принципах теории отражения, сформулированных в тезисе «способности обязательно соответствуют месту», Ван Фучжи излагает вопросы, связанные с рождением познания и методами познания.
Он считал, что для рождения познания необходимы три условия: «форма, разум и предмет, которые встречаются вместе, после чего появляется знание»
(Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.1). Ван Фучжи полагал, что ощущения возникают при соприкосновении органов чувств с предметами и явлениями внешнего мира. «Глаза различают цвет, поэтому имеется пять основных цветов; уши различают звуки, поэтому имеется пять основных звуков; рот распознает вкус, поэтому имеется пять основных вкусовых ощущений» (Шан-шу иньи, гл.6). «В Поднебесной существует пять основных цветов, и все люди воспринимают их одинаково; в Поднебесной существует пять основных звуков, и как в древности, так и в современности не было воспринимающих их по-разному; точно так же обстоят дела и со вкусовыми ощущениями» (Шан-шу иньи, гл.6). Поскольку цвет, звук и вкус являются присущими объективным предметам свойствами, они вызывают у людей одинаковые ощущения. Это доказывает, что ощущения вызываются объективными предметами и явлениями, а не зависят от того, «что прикажет человек».
     Ван Фучжи отмечает также, что органы чувств — это материальная основа мышления и окно к познанию внешнего мира. Мышление зависит от органов чувств. «Без глаз сердце не различит цвета, без ушей сердце не узнает звука, без рук и ног сердце не сможет распоряжаться, если один из органов становится бесполезным, исчезает и мудрость сердца»
(Шан-шу иньи, гл.6). «Уши соединяются со звуком, глаза соединяются с цветом, и они являются для сердца открывающимся или закрывающимся окном» (Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.4).
     Однако для органов чувств необходим «главнокомандующий», каковым и является мышление, только в этом случае может возникнуть познание. Ван Фучжи пишет: «Соединение приводит к взаимному знакомству. Разве причина, по которой происходит соединение, зависит от силы ушей, глаз, звуков и цвета? Когда впереди едет воз с хворостом, следом за ним возникают различные разговоры, но если они не подчинены мысли, то хотя и видишь, словно не видишь, хотя и слышишь, словно не слышишь, и ясно, что мысли не были соединены с воспринятым ушами и глазами»
(Чжан-цзы чжэнмэн чжу, гл.4). По мнению Ван Фучжи, соединение субъективного с объективным — это не только непосредственное отражение органами чувств объективных предметов, для полного отражения необходимо еще и активное мышление. Подчеркивая, что «сердце командует органами чувств», Ван Фучжи тем самым развивает взгляды Сюнь-цзы, выраженные в тезисе «сбор знаний», и твердо следует по указанному материализмом пути «от предмета к ощущениям и мышлению».
     Ван Фучжи считал также, что полученное с помощью ушей и глаз — это поверхностные знания. «Уши и глаза постигают только внешнее». Например, он пишет: «Когда звуки воспринимаются ушами, они остаются такими, как они услышаны, и хотя появляется стремление познать их глубже, но это бесполезно», тем более это относится «к спрятанному в предметах». В то время как полученное с помощью мышления знание является всесторонним, оно основано не только на внешнем, но и на внутреннем. «Чем больше думает сердце, тем больше оно получает и узнает все то, чем обладает сам предмет как снаружи, так и внутри»
(Ду сышу дацюань шо, гл.10). Отсюда вывод: эмпирическое знание необходимо поднимать до уровня рационального.
     Исходя из рассуждений о взаимосвязи эмпирического и рационального знания, Ван Фучжи использовал и переработал традиционные категории «постигать вещи» и «добиваться знания». Он выдвигает положение о том, что «способов знания имеется два», т.е. существует два метода познания.
Первый«больше извлекать из образов (при гаданиях на гексаграммах) и из счета (при гаданиях на палочках), совершать исторические экскурсы в древность и современность, чтобы найти высший принцип, ведущий к постижению вещей». Другими словами, необходимо приобретать широкие знания в области познания явлений природы и истории, чтобы с их помощью выявить закономерности развития предметов и явлений, что и представляет собой постижение вещей.
Второй метод — «пребывая в пустоте, выявлять ясное, думать о том, чтобы постигнуть сокровенное,— это и есть путь к приобретению знаний»
(Шан-шу иньи, гл.3). Таким образом, добиваться знания внутренней сущности предметов и явлений с помощью абстрактного мышления.
     Как указывает Ван Фучжи, каждый из этих методов имеет свои достоинства и помогает один другому. «По большей части успехи в полученном знании о предметах зависят от того, как используются сердце, уши и глаза, а размышления лишь помогают им оформиться. То, о чем размышляют, связано с тем, что изучается. Успехи в достижении знаний зависят только от сердца, здесь главным являются размышления, знания помогают им, а изучаемое предназначено для разрешения сомнений в размышлениях»
(Ду сышу дацюань шо, гл.1).
Ван Фучжи подчеркивает, что постижение вещей и достижение знаний помогают друг другу, ни от одного из них нельзя отказываться. «Без постижения вещей приобретаются ненужные знания, которые ввергают в ересь»
(Шан-шу иньи, гл.3). Если добиваться знаний без изучения объективных предметов и явлений и их закономерностей, это неизбежно приводит к безосновательным, ложным знаниям.
Методы познания, сформулированные в тезисах «постижение вещей» и «добиваться знаний», предлагаемые Ван Фучжи, выражают материализм и содержат элементы диалектики.

     Кроме того, в теории познания Ван Фучжи выдвигает идею о единстве знаний и действий, сформулировав ее в тезисе «действуешь — значит, узнаешь что-то». В этом принципе содержится острая критика тезиса Чжу Си «сначала знание, потом действие» и учения Ван Шоужэня, выраженного в тезисе «знание и действие соединены в одно».
Что же такое знание и действие? Ван Фучжи отвечает: «Знание и действие — это добиваться знаний и энергично действовать»
(Ду сышу дацюань шо, гл.4). Знание и действие «стоят друг против друга», т.е. они противоположны и различны, но в то же время они «не стоят друг против друга», т.е. едины и взаимосвязаны.
Как указывает Ван Фучжи, «действие» — это основа.
Во-первых, потому, что  «от действия к действию получаешь знания»
(Ду сышу дацюань шо, гл.4). И еще: «Знание дает свои плоды благодаря действию» (Шан-шу иньи, гл.3), т.е. через действие можно получить пользу от знания, но знание, по мнению Ван Фучжи, не может получить пользу от действия. Это означает, что знание рассматривает действие как область, в которой оно может принести пользу, в то время как действие не рассматривает знание как область своего проявления. Кратко эта идея формулируется так: «Действие может получить пользу от знания, но знание не может получить пользу от действия», потому что «иногда знание не может быть воплощено в действии, а если воплощается, то содержит в себе все» (Ду сышу дацюань шо, гл.6). Поэтому Ван Фучжи и говорит, что «действие может совмещаться со знанием, но знание не может совмещаться с действием» (Шан-шу иньи, гл.3). Действие может включать в себя знание, но знание не включает в себя действие.
Во-вторых, действие выше знания. Ван Фучжи пишет: «Если говорить о знании и действии человека, то знание, полученное с помощью увиденного и услышанного, не сравнится с тем, что знает сердце; то, что знает сердце, не сравнится с тем, что делаешь лично»
(Чжоу-и нэйчжуань, гл.5). Отсюда вывод: «Учась, благородный муж никогда не отходит от действия, стремясь получить знание, и это необходимый процесс» (Шан-шу иньи, гл.3). Отрицание тезиса «отходить от действий, чтобы получить знание» показывает, что Ван Фучжи признавал действие основой для получения знания. В то же время он не исключал и значения знания для действия и считал, что «из знания появляется умение действовать» (Ду сышу дацюань шо, гл.4). Значение достигнутых знаний состоит в «умении действовать», в противном случае действия будут слепыми.

     Основываясь на материалистическом взгляде о единстве знания и действия, Ван Фучжи подвергает критике идеалистические теории познания неоконфуцианства двух Чэнов и Чжу Си, учения о сердце Лу Цзююаня и Ван Шоужэня и буддийский тезис «отходить от действия, чтобы получить знание».
     По поводу тезиса Чжу Си «сначала знание, затем действие» Ван Фучжи замечает, что «установление твердой последовательности означает стремление поставить ученых в затруднение в вопросах, связанных с познанием видимого, привести все в беспорядок и лишить их опоры»
(Шан-шу иньи, гл.3).
     Критикуя взгляды Лу Цзююаня и Ван Шоужэня на знание и действие, особенно тезис Ван Шоужэня «знание и действие соединены в одно», Ван Фучжи замечает, что они «не считают то, что называется знанием, за знание, а действие — за действие», а они «принимают знание за действие, но тогда отсутствие действия следует принимать за действие». Они, как и буддисты, «обращаясь к знанию, уничтожают действие»
(Шан-шу иньи, гл.3).
В противовес тезису «знание и действие соединены в одно» Ван Фучжи указывает: «Знание и действие взаимно помогают и используют друг друга»
(Ли-цзи чжанцзюй, гл.31), т.е. знание и действие взаимозависимы и взаимозначимы.

___________

40.  ВЗГЛЯД НА ИСТОРИЮ, ВЫРАЖЕННЫЙ В ТЕЗИСЕ «ВЫСШИЙ ПРИНЦИП И НАПРАВЛЕНИЕ СОЕДИНЕНЫ В ОДНО»

   

- ИСТОРИЯ - ВЕРОВАНИЯ - ИСКУССТВО - ЦИГУН - УШУ - ЛИНГВИСТИКА - СТРАТАГЕМЫ - ОРГАНИЗАЦИИ -

- человек - концепция - общество - кибернетика - философия - физика - непознанное -
- главная - концепция - история - обучение - объявления - пресса - библиотека - вернисаж - словари
- китай клуб - клуб бронникова - интерактив лаборатория - адвокат клуб - рассылка - форум -

Купить валенки детские подробно.