БИБЛИОТЕКА  galactic.org.ua
Клуб Бронникова

КАПЛАН  РОБЕРТО




Перев. с англ.
К.: «София», 2003.
М.: ИД «София»

СОЗНАТЕЛЬНОЕ ЗРЕНИЕ

2. ГЛАЗ КАК МЕТАФОРА

Глаз — это проектор
«Глаз» фотоаппарата не может служить к тому же и проектором. Проектору необходима информация — прозрачный слайд с картинкой или электронный видеоноситель данных, которые служат основой для светового сигнала. Линзы проектора передают изображение на экран, и зрители, расположившиеся перед ним, видят то, что проецируется: невидимые данные с пленки или из компьютерных файлов становятся видимыми.

А проецирует ли что-то человеческий глаз? Разве это возможно? Этот вопрос был поднят еще во времена самых первых исследований в области психологии и науки о человеке в целом. И хотя было доказано, что так оно и есть, до сих пор некоторые люди не желают верить в способность глаза служить своеобразным проектором. Все знают, что все ваше поле восприятия — это то, что вы наблюдаете, то, что несомненным образом является видимым: достаточно вспомнить аналогию с объективом фотоаппарата. Но теперь нам предстоит попытаться понять, что человеческий глаз — это много больше, чем фотоаппарат. Чтобы уяснить, каким образом человеческий глаз является одновременно и проектором, надо использовать собственные глаза для того, чтобы заглянуть поглубже, за внешнюю видимость предметов.

Обучаясь оптометрии и офтальмологии, вместе со своими коллегами я осваивал прибор, называемый ретиноскопом. Это устройство состоит из линз, посылающих точно сфокусированный пучок света, направленный на пациента. Пациента просили смотреть вдаль, и врач наблюдал отражение света от сетчатки на поверхности зрачка. Эта методика должна была помочь измерить преломляющую способность глаза пациента: исходя из нее, мы определяли дополнительные измерения и процедуры, необходимые для того, чтобы прописать соответствующие корректирующее линзы.

Однажды один мой коллега рассказал нем об отражениях, возникающих в глазах людей, когда они думают о чем-то или что-то представляют себе. Это меня поразило. Возможно ли, чтобы отражение, которое я вижу у кого-то в глазу, было вызвано мыслями или чувствами обладателя этого глаза? И я стал задавать своим пациентам вопросы во время проведения сеансов ретиноскопии. Я просил их смотреть вдаль на два или три различных расстояния, варьируя степень фокусировки — от мягкой, расплывчатой, до четкой, — при этом измеряя и записывая то, что я наблюдал. Коллега, сообщавший об изменениях в отражении, был прав. Степень сдвига отражения (рефлекса) и те изменения в цвете сетчатки, которые я наблюдал, зависели от пациента, от его участия. Когда пациент пытался увидеть что-то или когда его взгляд не был сфокусирован, когда пациент терял концентрацию или сбивался с мысли, переходя к другой, рефлекс сетчатки менялся. Если я просил пациента вызвать какое-нибудь приятное детское воспоминание, рефлекс становился ярче, его подвижность уменьшалась. Выявив эту зависимость, я установил, что мысли и чувства пациента влияют на присутствие света в его глазах. Взаимодействием сознания и мозга человека в буквальном смысле обусловлено то количество света, которое проходит через его глаза.

Видимые, физические изменения, происходящие с глазами, поражали физиологов на протяжении многих лет. При внимательном наблюдении можно увидеть, как глаза и окружающие их лицевые структуры отображают разнообразные эмоции. У молодых людей яркие глаза. У пожилых они тусклы и туманны. Люди, испытывающие страстную любовь, обладают более подвижными и живыми глазами, чем их равнодушные сверстники.

С интересным доказательством того, что глаз может работать как проектор, врачи столкнулись относительно недавно в клинической практике. Пациенты, страдавшие раздвоением личности, были подвергнуты ретиноскопии как раз во время перехода от одной «личности» к другой. Как вы уже догадались, рефлекс сетчатки физически менялся в зависимости от того, кем мнит себя пациент. Глаз отражает изменения, соответствующие различию его «личностей». Глаз становится проекцией образа сознания, свойственного той или иной личности, находящейся «по ту сторону» глаза.

Несмотря на эти клинические открытия, часть которых удалось опубликовать в специальной научной литературе, во всем мире работа­ют сотни тысяч офтальмологов и окулистов, ограничивающихся ретиноскопом в своей повседневной практике, то есть рассматривающих зрение только под углом погрешностей отражения. Они смотрят на глаз сквозь ретиноскоп, как если бы исследователь океана ограничился исследованием его поверхности. Я не хочу сказать, что они заблуждаются: они просто лишают себя глубины восприятия. Новая стратегия науки о защите зрения требует взгляда в глубину, под покров очевидного, дабы обнаружить неведомое. Нужен акваланг, чтобы отважиться нырнуть в глубину океана. Там вас ждет целый новый мир, он ждет, чтобы его открыли, и для этого требуется только ваше желание познать его.

Обретя глубинное зрение, мы должны исследовать то, что я называю нашей «сконструированной» жизнью. Чтобы осознавать свою жизнь, видеть сознательно, необходимо глубоко вглядеться в то, кто мы есть. Конечно, проще и легче оставаться на поверхности. Если не нырять слишком глубоко, не встретишь в пучине вод акул, которых мы пока только воображаем. Но вряд ли мы боимся именно акул. Возможно, мы опасаемся глубины из-за страха обнаружить в себе неизведанное могущество.

Глаз — это принтер
К настоящему времени стало ясно, что глаз не функционирует независимо от мозга. Глаз можно уподобить Матери-Земле, которая плывет себе во внешнем пространстве. Земля находится под влиянием Луны, Солнца, планет, звезд, а также тех астрономических явлений, которые наука только начала изучать. Пусть глаз кажется чем-то изолированным, отдельным внешним органом: его жизнь (в буквальном смысле — кровь, питающая его) зависит от мозга. Глаз — это, собственно, не что иное, как естественное продолжение мозга вовне и вперед, то есть буквально —специализированный мозговой придаток. Глаз связан со зрительной областью мозга через зрительный нерв, состоящий из передающего вибрации сложного ансамбля нейронов: все это напоминает подсолнух, тянущийся к солнцу. Здоровая работа глаза напрямую зависит от нервов и крови, идущих от мозга. Представьте себе, что эта кровяная подпитка — жизнетворная энергия, которая дается глазам как пища и как повод для деятельности; собственно, так оно и есть.

Обратитека внимание на принтер, подключенный к вашему компьютеру. Он получает от компьютера инструкции, подобно тому как глаз ваш получает инструкции от мозга и в конечном счете — от вашего сознания. Глядя на то, что выходит из принтера, вы можете понять, что за информация содержится в компьютере. С глазом — похожая ситуация: его структура (главным образом мы тут имеем в виду сетчатку и те факторы, которые определяют, почему человек близорук, дальнозорок и т.п.) может, как принтер, отражать инструкции, посылаемые от мозга (компьютера) к глазу (принтеру). В качестве практикующего врача я в течение тридцати лет исследовал глаза и наблюдал, какое влияние факторы, невидимые человеческим оком, оказывают на качество зрения человека. Иными словами, иногда причина проблем со зрением находится за сетчатой оболочкой, а не перед ней; наше зрение — плод нашего сознания, а не только внешнего мира и глаза как такового.

Как только я убедился в том, что проблемы со зрением не всегда и не во всем зависят от того, что находится перед сетчаткой, мне стало ясно, что нет смысла ограничиваться диагностированием только собственно работы глаза, определяя, близорук или дальнозорок пациент и не страдает ли он какой-то иной патологией. И я получал все больше доказа­тельств того, что человеческий глаз подобен компьютерному принтеру, и это сказало мне кое-что о невидимых возможностях зрения. Для меня стало очевидным, что симптомы, которые я наблюдаю в глазах, суть послания от мозга и от его жизненного партнера — сознания.

Приведу несколько примеров из историй болезни моих пациентов: эти и подобные факты привели меня к изложенному выше выводу. Так, у одного из пациентов возникновение повышенного давления в глазу (называемое глаукомой) совпало по времени с повышенными требованиями и нагрузками в профессиональной и семейной жизни. У другого пациента появились симптомы катаракты (замутнения зрения вследствие уменьшения прозрачности хрусталика) в то время, когда пациент волновался относительно своего будущего. У некоторых пациентов возникала миопия (близорукость, затрудненное различение мелких деталей на расстоянии) в периоды семейных неурядиц, когда пациенты оказывались неспособны выносить то, с чем им приходилось сталки­ваться дома. Правый глаз ребенка начал косить внутрь, когда его отец оставил семью. В глазу другого пациента началось отслоение сетчатки, когда он осознал, что «отслаивается» от былых пылких чувств к своей супруге.

Чем глубже я проникал в жизненные обстоятельства моих пациентов, страдавших зрительными расстройствами, тем более становилась очевидной тесная связь между состоянием глаз, мозгом и сознанием. Результаты других исследователей подтвердили необходимость дальнейшего изучения этой связи. В своих первых работах в области бихевиористской (буквально — «поведенческой») оптометрии американский врач Скеффингтон, основоположник этой науки, сопоставил свои открытия в области зрения с исследованиями Ганса Селье, изучавшего стресс и его влияние на различные системы органов. Когда человек попадает под влияние стрессовых факторов, действующая на основе рефлексов и быстро реагирующая автономная нервная система вносит определенные изменения в функционирование организма, чтобы помочь ему справиться со стрессом. Такие изменения затрагивают не только глаза, но и многие другие органы. В своих клинических работах Скеффингтон показал, как оптометрические измерения глаз позволяют получить своеобразный отпечаток этих изменений, возникших благодаря автономной нервной системе. Так, например, когда на человека обрушивается горе, фокусировка его ресничных мышц и хрусталика «замедляется»: так падает способность удерживать внимание при чтении книги или работе за компьютером. В результате может развиться близорукость. Способность человека поддерживать эффективную связь с повседневными событиями и рассматривать собственную жизнь цельным, стереоскопическим образом, уменьшается в периоды, когда человек не справляется со стрессом.

Здесь я употребляю термин цельное (интегрированное) стереоскопическое, имея в виду восприятие жизни не простым линейным образом, но восприятие, при котором принимаются во внимание все многообразные факторы, влияющие на то, как мы сами (точно так же как и другие люди) проживаем собственную жизнь.

В ходе оказания современной первичной врачебной помощи при расстройствах зрения (и при обычных его проверках) окулисты обычно исследуют сетчатку при помощи офтальмоскопа — специального прибора, позволяющего рассматривать сложную по структурному строению сетчатку, устилающую глазное дно, чтобы обнаружить возможные заболевания на ранней стадии. Такие недуги, как, например, гипертония или диабет, могут быть легко выявлены по состоянию кровеносных сосудов сетчатки. Состояние организма, «записанное» в мозгу, находит точное и подробное отражение в той информации, что предоставляет специалисту сетчатка глаза. Это — наглядная демонстрация единой природы глаза, мозга и сознания, то есть того, что организм человека функционирует интегрированно. Этот тезис —один из ключей к обретению сознательного зрения, и в последующих главах я его разовью.

Не только врачиокулисты подметили, что состояние сетчатки позволяет предсказывать грядущие недуги других частей тела. Есть целая наука — иридология, — как раз и занимающаяся установлением связи между болезнями и тем, как они отражаются на состоянии радужной оболочки глаза. Многие врачи во всем мире используют иридологию как часть диагностических процедур. Природа подарила нам вместе с глазами еще и своеобразную хронику, хранящую отпечаток всего того, что происходит в организме.

Расширяя образ принтера/компьютера, можно сказать, что мы можем узнать о себе массу нового, исследуя информацию, получаемую при изучении глаз. Можно сказать, что глаз дает нам ценнейшую невидимую информацию — не только о таких расстройствах, как гипертония или сердечно-сосудистые заболевания, но и о мозге, разуме и чело­веческом сознании как таковом.

Поначалу может показаться, что я разгуливаю по тонкому льду, по зыбкой границе, отделяющую спекуляцию от научно подтвержденных фактов. Тем не менее все, что я тут описываю, — результат моих собственных клинических исследований, а также исследований, проводившихся другими врачами. Напомню читателю, что современные дисцип­лины, посвященные изучению зрения, которые теперь основательно развиты, в период своего зарождения рассматривались тогдашней наукой как «бредовые измышления докторишек». В этой своей работе, посвященной сознательному зрению, я представляю идеи, которые возможно обсуждать лишь с позиций видимого, реального и подходящего под современные научные стандарты. Повторяю, мне довелось стать одним из тех врачей, которые смогли глубоко и всесторонне проверить свои открытия в процессе многолетней практики, имея дело с тысячами пациентов. С точки зрения традиционного метода весь представленный материал можно оценить как профессиональную клиническую выборку. Я пользуюсь возможностью представить читателю мои клинические находки, оставляя фундаментальное исследование моих идей и предложений на долю ученых, занимающихся проблемами зрения.

продолжение
Мозг: компьютерный чип (микросхема)

- человек - концепция - общество - кибернетика - философия - физика - непознанное
главная - концепция - история - обучение - объявления - пресса - библиотека - вернисаж - словари
китай клуб - клуб бронникова - интерактив лаборатория - адвокат клуб - рассылка - форум

классификация и рекомендации www.insit.com.ua/category/tehnika_XEROX недорого можно купить мфу киев
Онлайн магазины детских товаров для новорожденных, детей и подростков
emae.ru