КИТАЙ КЛУБ galactic.org.ua ФИЛОСОФИЯ

И
С
Т
О
Р
И
Я

К
И
Т
А
Й
С
К
О
Й

Ф
И
Л
О
С
О
Ф
И
И

35. МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ Е ШИ В ТЕЗИСЕ «ЗАНИМАТЬСЯ ПРАКТИЧЕСКИМИ ДЕЛАМИ»

     Е Ши (1150—1223) по прозвищу Чжэнцзэ и по псевдониму Шуйсинь — уроженец уезда Юнцзя в провинции Чжэцзян.
Имел ученую степень цзиныии, занимал должность помощника начальника ведомства общественных работ, помощника начальника ведомства чинопроизводства и правителя области Цзянькан с совмещением должности воеводы в землях вдоль Янцзы.
Когда над династией Южная Сун нависла угроза гибели, Е Ши энергично настаивал на сопротивлении чжурчжэням и выступал против соглашательской политики с целью достижения временного спокойствия. Он лично участвовал в борьбе против чжурчжэней, совершил ряд подвигов, но не получил за это никакой награды, а, наоборот, по клеветническому обвинению был освобожден от занимаемой должности. С этого времени Е Ши занялся преподавательской и литературной деятельностью в деревне Шуйсиньцунь, посвятив этому последние годы своей жизни.
     В своем учении Е Ши призывал заниматься практическими делами, а не голыми теориями, добиваться полезных результатов и выступал против пустых разговоров о добродетели, природе и судьбе. Созданную им школу называют юнцзяской и ставят ее наравне с конфуцианством Чжу Си и учением о сердце Лу Цзююаня.
     Им написаны «Шуйсинь вэньцзи (Собрание сочинений Шуйсиня)», «Шуйсинь бецзи (Частное собрание сочинений Шуйсиня)» и «Сисюэ цзиянь сюйму (Введение к изучавшимся записям)».

ТЕЗИС «ТАМ, ГДЕ ВЕЩЕСТВО, ТАМ И ДАО»
     Е Ши считал, что Вселенная образована из вещества, а главная форма вещества — это пять первоэлементов и различные материальные тела, символически обозначаемые восемью триграммами. Он пишет: «Вещество из пяти первоэлементов заполняет все под небом, куда ни оглянись — и сразу же утыкаешься в него, ищешь его и сразу же находишь» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.39). «Триграммы символизируют только восемь видов вещества и раскрывают содержание восьми видов вещества в триграммах цянь, кунь, чжэнь, сюнъ, кань, ли, гэнь и дуй» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.4).
     Е Ши считал, что вещество, образуемое пятью первоэлементами и восемью триграммами, появляется в результате превращений единых, первоначальных частиц. Он пишет: «Небо, земля, вода, огонь, гром, ветер, горы и озера — вот восемь предметов, то, что возникает в результате действия одних и тех же частиц, в результате деления светлого и темного начал. Вначале творение, а конец это изменения предметов, и даже совершенномудрые не знают, откуда они появляются» (Шуйсинь бецзы, гл.5).
     Е Ши твердо стоял на позициях монизма, признававшего единой основой всего существующего первоначальные частицы, что являлось материализмом, и выступал против неоконфуцианцев, считавших, что в начале возникновения Вселенной существовал только великий предел. Он говорил: «В «И-цзине» говорится о великом пределе, суть которого, по мнению современных ученых, таинственна. На самом же деле в содержании великого предела нет ничего таинственного, а «И-цзин» только раскрывает содержание восьми видов вещества».
Кроме того, Е Ши считал, что единые частицы делятся на темные и светлые, а затем «из-за взаимного трения и взаимного подавления происходят изменения, порождающие все предметы». Он указывал: «Основа дао в одном, но образуется оно в двух, поэтому, как говорили в древности, дао всегда делится на два. Форма всех предметов двойственна, например свет и тьма, твердое и мягкое, покорное и непокорное, лицевое и оборотное, четное и нечетное, разъединение и соединение, основа и уток, правила и законы» (Шуйсинь бецзи, гл.5). Противоречия — всеобщее явление, они «во всех предметах». В этих рассуждениях есть элементы диалектики.
     Соединяя идеализм и диалектику, Е Ши анализировал отношения между веществом и закономерностями. Он считал, что все, заполняющее пространство между небом и землей, является веществом. Единое вещество имеет различную форму, которая определяется природой явлений и предметов. Однако в различных явлениях и предметах есть одно общее, а именно закономерности их развития. Е Ши пишет: «Имеющее форму в пространстве между небом и землей — это предметы; все они едины, но обладают различиями, и этим определяется характер вещества; пусть предметы различны, но то, что они не утрачивают того, что делает их едиными, — это высший принцип вещества» (Шуйсинь бецзи, гл.5). Предметы связаны друг с другом, претерпевают многочисленные изменения, свободно соединяются и разъединяются один с другим, и это происходит потому, что «присущий им высший принцип не может быть нарушен» (Шуйсинь бецзи, гл.5).
Отсюда, говоря об отношениях между веществом и дао (высший принцип), Е Ши пишет: «Там, где вещество, там и дао», «без знания дао нельзя познать вещество, без знания вещества нельзя постигнуть дао» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.47). Этим Е Ши утверждает неотделимость вещества от дао. Без знания закономерностей развития предметов и явлений не постигнуть их сущности, а без понимания сущности предметов и явлений нельзя знать и закономерностей.
Е Ши считал, что поскольку дао неотделимо от предметов и явлений, поэтому нет никаких оснований для утверждения неоконфуцианцев о независимом существовании природы, судьбы и морали в отрыве от явлений и предметов. Он пишет: «Природа, судьба и мораль не существуют независимо от покинутых ими предметов» (Шуйсинь бецзи, гл.7).
     Исходя из идеи о неделимости вещества и дао, Е Ши выдвигает тезис «заниматься практическими делами и не заниматься голой теорией», который является отличительной особенностью его материалистической философии. По его словам, неоконфуцианцы, ведя пустые разговоры о человеколюбии и справедливости, пренебрегают полезностью, в связи с чем возник порочный стиль, выражающийся в увлечении голой теорией и пренебрежении к практическим вопросам. Е Ши указывает: «Человеколюбивый, добиваясь справедливости, не думает о выгоде, постигший дао не подсчитывает свои заслуги. На первый взгляд их слова привлекательны, но, если присмотреться к ним, они совершенно непродуманны» и являются лишь «пустой, бесполезной болтовней». Он считал необходимым «предоставлять людям выгоду», и «тогда смысл дао засияет» (Шуйсинь бецзи, гл.23).
     В связи с этим Е Ши выдвигает положение: «При желании познать великую истину ее следует искать в общих желаниях; при желании совершать великие дела следует укрепиться в твердом мнении» (Дополнение к «Шуйсинь бецзи»). Он писал: «Если много читающий не знает, как употребить прочитанное, то его занятия бесполезны; если пишущий не в состоянии научить, как поступать, его занятия также бесполезны; если совершается благородный поступок, не согласующийся с великой истиной, то, несмотря на его благородство, он бесполезен; если утвердиться в намерении, но не осуществить его в заботах о проихоходящем, хотя намерение и человеколюбиво, оно бесполезно» (Е Ши цзи).
Здесь «употребление прочитанного» и «великая истина», о которых говорит Е Ши, совпадают по своему существу с его тезисом «заниматься практическими делами». Подчеркивание значения тезисов «научить, как поступать» и «заботиться о происходящем» нацеливает на занятие практическими делами и направлено против пустых разговоров. В связи с этим Е Ши указывает на порочность тезиса «истощать сердце для познания природы», выдвинутого Мэн-цзы, который привел к отрицательным результатам, ибо появилось «много пустых мыслей и мало реальной силы» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.14).

     Е Ши считал, что в условиях, когда династия Южная Сун нашла приют в одном из уголков страны, наиболее важным делом и наиболее твердым стремлением должны стать «месть за два императорских кладбища» и освобождение «утерянной половины своих земель» (Шуйсинь бецзи, гл.15). Ясно, что философия Е Ши, требовавшая заниматься практическими делами, способствовала успеху борьбы с чжурчжэнями.
     Основываясь на философских взглядах, требовавших заниматься практическими делами, Е Ши критиковал неоконфуцианство, заявляя, что, «хотя в нем имеются тонкие и глубокие рассуждения, оно стремится представить характер человека нерушимым, но это тоже пустые разговоры» (Шуйсинь бецзи, гл.10).
     Е Ши считал, что после мирных переговоров с чжурчжэнями в Шаосине неоконфуцианцы не только доказывали, что «заключение мира на основе родства есть не только подтверждение истинности учения о природе и судьбе», но и нападали на настаивающих «мщением смыть позор» и выставляли их как «главных и больших преступников, уничтожающих установленные небом этические нормы поведения, разрушающих моральные принципы отношений между людьми» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.43).
Опровергая подобные утверждения, Е Ши говорил об этих людях как о ничего не делающих, занимающихся только разговорами о древности неоконфуцианцах: «Они не думают о различиях между варварами и китайцами, не разбираются в принципах покорности и мятежа, не говорят о вражде и позоре», а «только стараются возвеличить себя, ставя себя наравне с династиями Сун, Ци, Л ян, и Чэнь» (Шуйсинь бецзи, гл.10).

Ф
О
Г
Л
А
В
Л
Е
Н
И
Е

ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ В ТЕЗИСАХ «ЗНАНИЯ ОБРАЗУЮТСЯ ОТ СОЕДИНЕНИЯ ВНУТРЕННЕГО И ВНЕШНЕГО» И «ПУСКАТЬ СТРЕЛЫ ИЗ ЛУКА В ЦЕЛЬ»
     Е Ши считал, что: «Приход знаний во всех случаях — результат постижения сущности предметов. Если есть что-то, чего не знаешь, это во всех случаях происходит из-за того, что я не вступил в союз с предметом» (Шуйсинь бецзи, гл.7).
Здесь Е Ши повторяет тезис из «Дасюэ», а именно: что «после постижения существа предметов приходит знание». Далее он объясняет: «Если полезное в предмете не использовать как полезное для себя, радость останется радостью предмета, веселье — весельем предмета... если хотя бы на мгновение исчезает предмет, радость и гнев, скорбь и веселье будут всегда оставаться такими и не смогут быть использованы сами собой. Их употребление для себя наносит вред предметам, но нанесение вреда предметам — это и нанесение вреда себе. Это и называется познанием сущности предметов» (Шуйсинь бецзи, гл.7). В связи с этим Е Ши утверждает, что «благородный человек не может ни на мгновение отрываться от предметов» (Шуйсинь бецзи, гл.7), т.е. человеческое познание ни на минуту не может отрываться от объективных предметов и явлений.
     Рассуждая дальше, Е Ши указывал, что источником познания является практический опыт. Он писал: «Поэтому видевший много изделий становится искусным мастером, видевший много методов лечения — искусным лекарем, видевший все, а затем сам делающий так, как другие, не совершает промахов, погрязши в старине, и добивается успехов в соответствии с истиной» (Шуйсинь бецзи, гл.12).
     Е Ши считал, что существует два вида познания. К первому он относил познание от увиденного и услышанного, приобретаемое с помощью органов зрения и слуха, о котором говорит: «Знания, достигнутые без размышлений, с помощью органов зрения и слуха, входят снаружи и образуются внутри». Ко второму виду знаний он относит знания, приобретаемые с помощью ума, в результате обдумывания в сердце, о которых он говорит: «Обдумывание называется мудростью, она выходит изнутри, а образуется снаружи».
Е Ши указывает: «Знание образуется от соединения внутреннего и внешнего». Он говорит: «Среди древних не было никого, кто бы не соединял внутреннее и внешнее, чтобы стать совершенномудрым. Поэтому Яо и Шунь, обладающие многочисленными добродетелями, ставили на первое место мудрость» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.14).
     Е Ши особо подчеркивал, что познание начинается с увиденного и услышанного. Это положение выдвигалось им в противовес идеалистическому неоконфуцианству, которое говорило исключительно о природе сердца и пренебрегало знаниями от увиденного и услышанного. Е Ши писал: «В новое время распространяют учение, что природа сердца понимает все и почти отбрасывают увиденное и услышанное, считая, что оно не может накапливать добродетели» (Шуйсинь вэньцзи, гл.29).
     Е Ши выдвигал положение, что: «При желании найти приемлемое решение о всеобщем принципе находящегося под небом необходимо тщательное исследование явлений и предметов, и только после этого не будет ошибок» (Шуйсинь вэньцзи, гл.29). «Без проверки на делах все высказывания не соответствуют действительности. Без проверки на изделиях все истины не получат распространения. Высокие рассуждения, противоречащие действительности, совершенно недопустимы» (Шуйсинь бецзи, гл.5).
     Отсюда Е Ши выдвигает положение о методе достижения познания. Он пишет: «Рассуждения, основанные на этом, подобны стрельбе из лука по цели. Производится ли стрельба с расстояния ста или более пятидесяти бу, необходимо сначала установить цель, а затем натянуть тетиву и выпустить в нее стрелу. Поэтому лук и стрела подчиняются цели, а не цель подчиняется луку и стреле» (Шуйсинь бецзи, гл.15).

КРИТИКА ИДЕАЛИСТИЧЕСКОГО НЕОКОНФУЦИАНСТВА В ОБЛАСТИ ЕГО ИДЕЙНЫХ ИСТОЧНИКОВ
     Еще одной особенностью философии Е Ши является пронизывающий ее критический дух. Говоря об этом, Чэнь Чжэньсунь, живший при династии Сун, писал: «За исключением Конфуция, среди древних и современных мыслителей, принадлежавших к различным школам и оставивших, в зависимости от имеющихся знаний, свои сочинения, не было ни одного, который бы избежал его критики» (Сисюэ цзиянь сюйму, приложение 2).
Особенно много внимания уделял Е Ши критике конфуцианских школ, созданных Цзы-сы и Мэн-цзы, учений Лао-цзы, Чжуан-цзы и буддизма.

     Прежде всего Е Ши отрицал утверждения, согласно которым «в новое время Цзэн-цзы лично передал учение Конфуция». Он указывал, что «пронизывающий все учение Конфуция» тезис «если однажды сдержать себя и вернуться к правилам поведения, тогда Поднебесная обратится к человеколюбию» означает «сдержать себя, чтобы отдать себя до конца другим», но Цзэн Цань (Цзэн-цзы) объяснял его как «стать преданным и великодушным», т.е. поставил себя на место предмета (выдал личное мнение за взгляд Конфуция).
Е Ши считал, что ошибка Цзэн-цзы в том, что он «не опирался на подлинный смысл, который имели в виду древние, а сделал догадку, основанную на ограниченном мнении», именно потому что Цзэн-цзы передал учение о дао в своем понимании нельзя полагать, что он принял учение Конфуция о дао и передавал его» (Си-сюэ цзиянь сюйму, гл.13).
     Получил ли Цзэн-цзы подлинное учение Конфуция? Е Ши считает что нет, он указывает: «Мэн-цзы впервые выдвинул учение об истощении сердца для понимания природы человека, в котором сердце с презрением относится к ушам и глазам» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.74). Это учение открыло неоконфуцианству дорогу, идя по которой оно выдвинуло положение «главой над всем является только природа сердца», что привело к плохим результатам, выразившимся в «появлении многих пустых мыслей, имеющих малую подлинную силу, в широком распространении основанных на догадках знаний, дававших мало результатов при их обобщении, в то время как учение о том, что знание образуется от соединения внутреннего и внешнего, существовавшее со времен Яо и Шуня, оказалось заброшенным» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.14).
     Критикуя высказывание Лао-цзы: «Вещи возникли в хаосе и родились прежде неба и земли», Е Ши говорит: «Следует заметить, что начиная с древности совершенномудрые создавали учения, центром которых являлись небо и земля, они обучали других, следуя законам неба и земли... Не было никого, кто говорил бы о дао до появления неба и земли. Официальные лица, не разобравшись досконально в этом вопросе, стали отбирать на службу чиновников, основываясь на ложном учении, а чиновники отвечали им этим же ложным учением» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.47).
     Е Ши утверждал, что неоконфуцианство представляет конгломерат конфуцианских школ, созданных Цзы-сы и Мэн-цзы и учений буддизма и Лао-цзы. Он писал: «Во времена, когда наша династия наслаждалась покоем, особенно сильно распространилось учение секты Чань, одновременно действовали конфуцианство и буддизм, что привело к слиянию ложных учений... Когда появились Чжоу Дуньи, Чжан Цзай и два Чэна, они сами заявляли, что уже давно связаны с буддийским учением и учением Лао-цзы, а вскоре стали говорить о том, что их «учение существовало издавна»... Когда же они стали пропагандировать в более позднее время свое учение, то в это время широкое распространение получили новые учения и странные рассуждения Цзы-сы и Мэн-цзы, стремившиеся опровергнуть главные положения буддизма и показать достоинства собственного учения» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.49).
Говоря о неоконфуцианстве Е Ши подчеркивал: «Нанесенные им потери и утраты привели к тому, что Срединное государство стало становиться варварским, спокойному существованию стала угрожать гибель, от которой нет спасения» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.50).
Кроме того, Е Ши указывал, что неоконфуцианство в лице двух Чэнов и др. «широко использует свое учение, но само не знает его». Представители неоконфуцианства «сами сидят на больных местах Будды и Лао-цзы» и тем не менее, прикрываясь чужим именем, заявляют: «Мы усиленно рассуждаем об учениях Будды и Лао-Цзы, чтобы прославить учение совершенномудрого, а это вызывает только скорбь» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.50).
     Е Ши, основываясь на учениях конфуцианства, Лао-цзы и буддизма, вскрыл идейные источники неоконфуцианства и подверг последнее аналитической критике, что дало предварительный материал Ван Фучжи для всесторонней, глубокой критики сунского и минского неоконфуцианства. Однако в теоретическом отношении критика Е Ши не была достаточно глубокой. Он выступал против различных конфуцианских школ, но в то же время принимал ортодоксальное учение Конфуция и выставлял его как учение «совершенномудрого», заявляя, что «оно смогло возникнуть одновременно с небом и землей и сможет исчезнуть только вместе с ними» (Сисюэ цзиянь сюйму, гл.50). Совершенно очевидно, что Е Ши критиковал конфуцианство с позиций конфуцианства и в конце концов так и не смог выйти за рамки старых шаблонов.

___________

36. СУБЪЕКТИВНО-ИДЕАЛИСТИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ ВАН ШОУЖЭНЯ О СЕРДЦЕ

- ИСТОРИЯ - ВЕРОВАНИЯ - ИСКУССТВО - ЦИГУН - УШУ - ЛИНГВИСТИКА - СТРАТАГЕМЫ - ОРГАНИЗАЦИИ -

- человек - концепция - общество - кибернетика - философия - физика - непознанное -
- главная - концепция - история - обучение - объявления - пресса - библиотека - вернисаж - словари
- китай клуб - клуб бронникова - интерактив лаборатория - адвокат клуб - рассылка - форум -