И
С
Т
О
Р
И
Я

К
И
Т
А
Й
С
К
О
Й

Ф
И
Л
О
С
О
Ф
И
И

27.  ОБЪЕКТИВНО-ИДЕАЛИСТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ХАНЬ ЮЯ

     Хань Юй (768—824) про прозвищу Туйчжи — известный литератор и философ эпохи Тан.
Родился в уезде Хэян в округе Хэнань (современный уезд Мэнсянь в провинции Хэнань). Произошел из худородной земледельческой семьи. Занимал должность контролера-цензора, чиновника министерства наказаний, правителя области Чаочжоу, виночерпия школы для сыновей и младших братьев высших сановников, чиновника министерства чинопроизводства и ряд других. Он боролся против раздробленности страны, создаваемой генерал-губернаторами, но в то же время выступал против реформ, предлагавшихся Ван Пи, Ван Шувэнем, Лю Юйси и Лю Цзунюанем.
Хань Юй выражал интересы мирян-землевладельцев и прилагал все усилия в борьбе против буддизма и тем не менее создал конфуцианское учение о «системе преемственности истинного учения» наподобие буддийского учения о «системе закона». Хань Юй сделал крупный вклад в развитие литературы и пользовался такой же известностью, как и Лю Цзунюань. Им написано сочинение «Хань Чанли цзи (Собрание сочинений Хань Юя из Чанли)», включающее такие работы, как «Юаньдао (Первоначальная истина)», «Юаньсинь (Первоначальная природа человека)», «Юй Мэн шаншу шу (Письмо министру Мэну)», «Цзянь ин фогу бяо (Челобитная с увещеваниями отказаться от встречи костей Будды)», в которых в более или менее кон­ентрированном виде сформулированы его философские идеи.

УЧЕНИЕ О «СИСТЕМЕ ПРЕЕМСТВЕННОСТИ ИСТИННОГО УЧЕНИЯ» И БОРЬБА С БУДДИЗМОМ
     В течение всей своей жизни Хань Юй прилагал огромные усилия, направленные на вытеснение буддизма и даосизма. При династии Тан буддизм и даосизм получили чрезвычайно широкое распространение, буддийские монастыри и храмы владели огромными земельными площадями и большим количеством зависимых от них крестьян, пользовались привилегиями, освобождавшими их от уплаты налогов и отбывания трудовых повинностей, в результате чего монахи превратились в крупных землевладельцев. У них имелось то, что, с одной стороны, объединяло, а с другой — разъединяло их с землевладельцами-мирянами и императорской властью, представлявшей феодальную диктатуру. Разъединяла, например, борьба за землю, борьба за рабочую силу, методы соблазнения людей покидать дома и уходить в монахи, отказ от твердо установленных правил отношений между людьми, «отсутствие преданности императору и почитания родителей» и т.д., что вызывало протесты со стороны значительной части землевладельцев-мирян. В большинстве случаев последние, выступая против буддизма, руководствовались политическими, экономическими и военными интересами, они не довели борьбу до создания уровня мировоззрения, не подвергали буддизм критике с философских позиций.
В выступлениях против буддизма Хань Юю развил основные идеи этой борьбы.

     На четырнадцатом году эры правления Юань-хэ (819 г.), установленной императором Сянь-цзуном, в храме Фамыньсы в уезде Фынян провинции Шэньси обнаружили кусок так называемых «костей Будды». Сянь-цзун хотел перевезти кость во дворец, чтобы совершать перед ней поклонения. Поскольку все возглавлялось императором, в обществе вспыхнула истерия, связанная с поклонением Будде. В связи с этим Хань Юй представил челобитную, увещевая императора отказаться от перевозки кости. Он писал: «Собственно говоря, Будда происходит из инородцев, он говорил на языке, отличном от языка, принятого в Китае, носил другую одежду, его уста никогда не произносили поучений наших покойных правителей, он никогда не надевал одежду, установленную нашими покойными ванами, не знал долга, которым руководствуются правители и слуги, не испытывал чувств, существующих между отцами и сыновьями» (Цзянь ин фогу бяо). Зачем же верить в религию, созданную инородцами! Тем более, чтобы поклоняться Будде, «старые и молодые бешено устремляются к нему, бросая свои занятия». «Вред, который причиняется нравам и обычаям, вызывает насмешки во всех уголках страны», а это причиняет огромный ущерб. Именно поэтому совершаемые в течение длительного времени поклонения Будде не приносят положительных результатов: «Начиная с династий Сун, Ци, Лян, Чэнь и Северная Вэй, все более усердно служили Будде, но с каждым годом становилось все труднее».
Хань Юй требовал, чтобы Сянь-цзун «передал эту кость соответствующим органам власти и приказал бросить ее в воду или огонь», для того чтобы «прекратить сомнения, охватившие Поднебесную, пресечь заблуждения, которые могут появиться в будущем».
     Увещевания Хань Юя разгневали Сянь-цзуна, который хотел предать его смерти, но затем по просьбе канцлера Цуй Цюна и других сановников отказался от своего намерения казнить его и понизил в должности до уровня правителя области Чаочжоу.

     В ходе борьбы с буддизмом и даосизмом Хань Юй выдвинул учение о «системе преемственности истинного учения». Следует сказать, что буддизм и даосизм, исходившие из религиозно-идеалистической идеи и теории, разработали свои системы передачи созданных ими учений. В противовес «системе закона», разработанной буддистами, Хань Юй создал для китайского конфуцианства «систему преемственности истинного учения», т.е. систему передачи «учений покойных правителей» и «поучений совершенномудрых». Начало этой системы он относил ко времени императоров Яо и Шуня, «Яо передал ее Шуню, Шунь передал ее Юю, Юй передал ее Чэн-тану, Чэн-тан передал ее Вэнь-вану, У-вану и Чжоу-гуну, Вэнь-ван, У-ван и Чжоу-гун передали ее Конфуцию, Конфуций передал ее Мэн-цзы, а после смерти Мэн-цзы передача прекратилась» (Юаньдао).
Итак, после смерти Мэн-цзы не оказалось преемников, поэтому «система преемственности истинного учения» потеряла силу, в результате чего распоясались буддизм и даосизм и широко распространились «еретические учения».
     Стремясь вытеснить буддизм и даосизм и восстановить «систему преемственности истинного учения», Хань Юй сравнивал свою деятельность с деятельностью Мэн-цзы, который в свое вре­мя «искоренял Ян-цзы и Мо-цзы». При жизни Мэн-цзы «учения Ян-цзы и Мо-цзы переплелись друг с другом, и истина совершенномудрых стала неясной», но Мэн-цзы «отверг и искоренил их учения, расчистив путь», поэтому «его заслуги не уступают заслугам Юя». Однако «учения Ян-цзы и Мо-цзы распространились, истинное учение пришло в упадок, и так продолжалось несколько сот лет, вплоть до династии Цинь, когда законы прежних правителей оказались в конце концов полностью уничтоженными». Ныне же «вред от буддизма и даосизма превышает вред, причинявшийся Ян-цзы и Мо-цзы, а моя мудрость, Хань Юя, уступает мудрости Мэн-цзы», т.е. задача Хань Юя была более трудна и более сложна по сравнению с задачей Мэн-цзы. Тем не менее он заявлял: «Эту истину буду неумело передавать я, Хань Юй, и, если мне придется даже погибнуть, я ни в коем случае не буду сожалеть об этом!», никогда «из-за временных неудач не уничтожу эту истину ради того, чтобы последовать за ересью» (Юй Мэн шаншу шу).
     «Система преемственности истинного учения», о котором говорит Хань Юй, касается человеколюбия, справедливости, пути и добродетели, излагавшихся Конфуцием и Мэн-цзы. Он пишет: «Любовь ко всем называется человеколюбием, совершать поступки, устраивающие других, называется справедливостью, действовать, исходя из этого, называется путем, полное наличие этих качеств, когда не требуется искать их на стороне, называется добродетелью. Человеколюбие и справедливость — твердо установленные понятия, путь и добродетель не имеют точного определения... все, что я называю путем, соединяет в себе человеколюбие и справедливость» (Юаньдао).
     Хань Юй считал, что буддизм и даосизм говорят о пути и добродетели в отрыве от человеколюбия и справедливости. Обе религии требуют от человека, чтобы он «шел по пути отказа от своих правителей и слуг, отказа от своих отцов и матерей, запрещения рожать и растить друг друга с целью достижения ими так называемой чистой нирваны» (Юй Мэн шаншу шу). Как считал Хань Юй, такой «путь» может быть только в «личном мнении одного человека», а не в «общем мнении всей Поднебесной», поэтому против подобных мнений следует бороться и стремиться вытеснить их.
     В учении Хань Юя о «системе преемственности истинного учения» человеколюбие, справедливость, путь и добродетель — лишь главные понятия, а их конкретное содержание отражается в феодальной политической системе и порядке, предусматриваемом правилами, регулирующими отношения между людьми. Он пишет: «Ее литература — Ши-цзин, Шу-цзин, И-цзин и Чунь-цю; ее законы — правила поведения, музыка, наказания и управление; ее народ — ученые, земледельцы, ремесленники и торговцы; определяемые ею места — правитель и слуги, отцы и сыновья, учителя и ученики, гости и хозяева, старшие и младшие братья, мужья и жены; устанавливаемая ею одежда — из конопли и шелка; определяемые ею жилища — дворцы и здания; устанавливаемая ею пища — просо, рис, фрукты, овощи, рыба и мясо. Как истину ее легко понять, как предмет обучения ее легко преподавать» (Юаньдао). Таким образом, то, что Хань Юй называет человеколюбием, справедливостью, путем и добродетелью, проявляется в хозяйственной жизни, политической системе и идеологии.
Содержание этих понятий обусловлено феодальной иерархической системой. Именно поэтому Хань Юй и говорит: «Правитель отдает приказания; слуга выполняет приказы правителя и доводит их до сведения народа; народ производит просо, рис, коноплю и шелк, делает домашнюю утварь, обменивается товарами, чтобы служить стоящим над ним. Если правитель не отдает приказаний, он теряет то, что делает его правителем; если слуга не выполняет приказаний правителя и не доводит их до сведения народа, он теряет то, что делает его слугой; если народ не производит просо, рис, коноплю и шелк, не делает домашней утвари и не обменивается товарами, чтобы служить стоящим над ним, его убивают» (Юаньдао).
     Хань Юй считал, что буддизм и даосизм ведут народ «к отказу от Поднебесной и государства, уничтожению правил, регулирующих отношения между людьми, к тому, что дети перестают почитать своих отцов за отцов, слуги перестают считать своего правителя правителем, а народ перестает заниматься делами» (Юаньдао), а все это есть яркое выражение содержания «законов инородцев». Эти законы совершенно несовместимы, как несовместимы огонь и вода, с системой преемственности истинного учения Конфуция и Мэн-цзы.

Ф
О
Г
Л
А
В
Л
Е
Н
И
Е

УЧЕНИЕ О «ТРЕХ ВИДАХ ПРИРОДЫ ЧЕЛОВЕКА»
     В противовес буддийскому учению о «сущности Будды» Хань Юй выдвинул учение о «трех видах природы человека». Он считал, что каждый человек обладает природой и чувствами, а конкретное содержание природы выражается в человеколюбии, правилах поведения, доверии, справедливости и уме, а конкретное содержание чувств — в радости, гневе, скорби, страхе, любви, ненависти и желаниях. «Природа рождается вместе с рождением; чувства рождаются от соприкосновения с предметами» (Юаньсин).
     Хань Юй делил природу человека на три вида: высший вид природы — это «только добрый», поскольку он от рождения обладает пятью добродетелями, а именно человеколюбием, правилами поведения, доверием, справедливостью и умом, которые чисты и равномерно распределены; средний вид природы может быть и хорошим, и дурным, поскольку, хотя этот вид и обладает пятью добродетелями, последние распределены в нем неравномерно; низший вид природы — «только дурной», поскольку он не обладает пятью добродетелями.
     Чувства также делятся на три разряда: чувства высшего разряда — радость, гнев, скорбь, страх, любовь. Ненависть и желания — выражаются равномерно, и ни одно из них не возвышается над другим и не уступает другому; чувства среднего разряда — это некоторые из семи чувств, относящихся к этому разряду, одни из которых выражены слишком сильно, другие недостаточно, но в результате усилий людей они могут быть приведены в соответствие; чувства низшего разряда — это те из семи чувств, которые относятся к этому разряду и выражаются либо слишком сильно, либо недостаточно, что совершенно не соответствует нормам морали.
     Чувства возникают в результате соприкосновения с внешними предметами, и их содержание совпадает с природой: каков вид природы, таков и вид чувств. В отличие от среднего вида природы человека низший и высший виды не могут быть изменены. «Природа высшего вида становится от учения только более яркой, природа низшего вида, страшась власти, совершает меньше преступлений. Поэтому природу высшего вида можно совершенствовать, а природой низшего вида можно управлять, и, как говорил Конфуций, эти виды природы нельзя изменить» (Юаньсин).
     Как полагал Хань Юй, идеи буддизма и даосизма, утверждавших, что основной природой человека является «чистая нирвана» и «отсутствие мыслей и желаний», являются ересью, а о людях, не являвшихся последователями этих двух религий, но рассуждавших о природе человека, он высказывался так: «Они рассуждают так, что примешивают к своим словам идеи Будды и Лао-цзы». Даже Мэн-цзы, говоривший о доброй природе человека, Сюнь-цзы, говоривший о злой природе, и Ян Сюн, заявлявший о смешанной добро-злой природе, по утверждению Хань Юя, «выдвигали лишь среднее и оставляли в стороне верхнее и нижнее, брали одно и опускали два других (качества)». Похоже, что только свое учение о «трех видах природы человека» Хань Юй считал «единственно верным». На самом же деле его учение о природе человека — всего лишь повторение учения Дун Чжуншу о «трех видах природы человека».

УЧЕНИЕ О «ВОЛЕ НЕБА» И ИСТОРИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД НА «СОВЕРШЕННОМУДРОГО»
     В ходе борьбы с буддизмом и даосизмом Хань Юй использовал существовавшее в Китае с древних времен положение о «воле Неба» в противопоставлении его буддийским и даоистским бодисатвам и божествам.
Он считал, что Небо обладает волей, может награждать добро и наказывать зло, распоряжаться судьбой людей в зависимости от их добрых и дурных поступков. Хань Юй писал: «Если пишущий историю не говорит о бедах людей, его постигнет наказание Неба, поэтому разве он может не испытывать страх и проявлять легкомыслие?» (Да Лю сюцай луньши шу). Он же говорил: «Кроме того, если брать Небо и человека, несомненно, что они отличаются друг от друга в отношении к добру и злу, поэтому нетрудно видеть, какой вред может причинить слияние представлений Неба и людей, тем более что иногда представления Неба и человека совпадают!» (Юй Цуй Цюнь шу). Хань Юй хочет сказать, что Небо является распорядителем в безбрежной выси, его представления о добром и злом отличаются от представлений людей. Иногда то, что оно решит, не соответствует представлениям людей о добром и злом. Отсюда нельзя относиться к происходящим событиям с точки зрения представлений рядового человека о добром и злом, а следует, не обращая внимания на выгоды и потери, всеми помыслами стремиться действовать в соответствии с приказами Неба.
Отсюда, идя еще дальше, Хань Юй считал, что деление общества на классы и ранги и происходящие в связи с этим различные общественные явления, такие, как бедность и богатство, высокое и низкое положение, удача и беда, несчастье и счастье, жизнь и смерть, долголетие и преждевременная смерть и т.д., определяются волей Неба, человек может только полностью подчиняться ей и не должен, да и не может, пытаться изменить ее собственными усилиями. В связи с этим Хань Юй говорит: «Знатное и низкое положение, несчастье и счастье хранятся у Неба», «я полагаюсь на него и не использую собственную силу» (Юй Вэй Чжунхан шу).
Используя положение о «воле Неба» в борьбе против буддийских бодисатв и даоистских божеств Хань Юй но фактически подменял один вид теизма другим.

     Идея Хань Юя о «воле Неба», его теория о «системе преемственности истинного учения», рассуждения о «трех видах природы человека» и роли «совершенномудрых», соединенные в единое целое, образуют цельную систему. С его точки зрения, в «системе преемственности истинного учения» великие мудрецы, распространявшие свое учение и учившие других, такие, как Яо, Шунь, Юй, Чэн-тан, Вэнь-ван, У-ван, Чжоу-гун, Конфуций и т.д., были рождены Небом. «Небо рождает великих мудрецов, не считая их, и рождает великих злодеев, тоже не считая их» (Дуй Юй вэнь).
      Небо рождает великих мудрецов и «совершенномудрых», преследуя важную цель: «Оно учит людей с помощью талантов и способностей мудрецов и совершенномудрых, разве оно позволит им только самим обладать в избытке этими качествами? Оно хочет, чтобы они дополняли эти качества у тех, у кого их не хватает» (Чжэнчэнь лунь). С этой целью оно велит им создавать основные этические нормы, заниматься перевоспитанием людей, распространять свое учение и обучать ему.
Как говорил Хань Юй, в далекой древности человек жил в окружении больших водных массивов, ядовитых змей и хищных зверей, вел чрезвычайно примитивный образ жизни и испытывал многочисленные стихийные бедствия. В дальнейшем появились мудрецы, которых Небо «сделало правителями и учителями». Став правителями и учителями народа, они «научили его взаимно рождать и воспитывать друг друга», изгнали ядовитых змей и хищных зверей, научились делать одежду, продукты питания, жилища, домашнюю утварь и лекарства, что избавило людей от голода, холода и преждевременной смерти. Затем они установили правила поведения, создали музыкальные произведения, систему наказаний, сделали императорские печати и меры измерения на тот случай, «когда придет беда, чтобы быть готовым к ней, когда свалятся бедствия, чтобы принять против них необходимые меры», чтобы освободить людей от взаимных обманов и нападений, предоставить им возможность вести спокойную жизнь в обстановке порядка. В общем, с появлением рожденных Небом «совершенномудрых» появилась «система преемственности истинного учения», возникло человеческое общество. «Если бы в древности не было совершенномудрых, человеческое общество было бы давно уничтожено» (Юаньдао).
Подобные идеи Хань Юй полностью воспринял от Мэн-цзы, учившего, что «на протяжении пятисот лет обязательно возвышается правитель». И он так же, как и Мэн-цзы, считал себя преемником истинного учения и говорил, что, «по-видимому, Всевышнее небо, родив меня, также возлагает надежды на находящуюся внизу землю» (Гань эрняо фу). «Если Небо не хочет, чтобы простой народ обладал знаниями, то не о чем и говорить, если же оно хочет, чтобы простой народ имел знания, то кто даст их ему, кроме меня!» (Чун да Чжан Цзи шу).
Стремясь восстановить и продолжить «систему преемственности истинного учения», Хань Юй говорил: «Погоняя лошадь, выезжаю из дома, не знаю того, что следует знать, но эта истина неуничтожима, воля Неба не обманывает, разве я устану продвигаться к ней, разве утомлюсь!» (Шан Цуй юаньвай шу).
    Хань Юй считает, что история человечества создается усилиями небольшого количества  рожденных Небом «совершенномудрыми», то есть признает идею о том, что историю творят герои.

     В борьбе с буддизмом и даосизмом Хань Юй критиковал эти религии, не вникнув глубоко в суть их идей. Он активно пропагандировал и использовал в борьбе в качестве теоретического оружия рассуждения о «системе преемственности истинного учения» учение о «трех видах природы человека», но в конце концов свел все к учению о «воле Неба». Все эти понятия никак не могли поколебать тщательно разработанный религиозный идеализм буддизма. В связи с этим его взгляды уже в то время подверглись критике со стороны Лю Цзунъюаня и Лю Юйси.
     Философские взгляды Хань Юя оказали глубокое влияние на сунское и минское неоконфуцианство. Его учение о «системе преемственности истинного учения» в основном восприняли Чэн Хао, Чэн И и Чжу Си, а так высоко чтимые Хань Юем сочинения «Мэн-цзы», «Дасюэ» и др. стали важнейшими каноническими книгами сунских и минских неоконфуцианцев. Оуян Сю, живший при династии Сун, говорил об этом следующее: «После смерти Хань Юя его слова широко распространились, а ученые смотрели на них как на гору Тайшань или Северный ковш» (Новая история династии Тан, жизнеописание Хань Юя). Из этого высказывания в какой-то степени можно сделать вывод о том влиянии, которое оказал Хань Юй на развитие китайской философии.

____________

27.  МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКИЕ ФИЛОСОФСКИЕ ИДЕИ ЛЮ ЦЗУНЪЮАНЯ И ЛЮ ЮЙСИ